fbpx
Адвокатское бюро "Антонов и партнеры"
АДВОКАТЫ
по уголовным делам в Самаре и области
  • Главная
  • Новые статьи
  • Образец прений защитника по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ст.119 УК РФ
Новые статьи

Образец прений защитника по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ст.119 УК РФ

Мировому судье Судебного участка №137 Кинельского судебного района Самарской области 

Богатыревой О.В.

Адрес: 446430, Самарская область, г. Кинель, ул. Фестивальная, д. 5а

от адвоката АБ “Антонов и партнеры” Драгунова М.Е., рег. № 63/3215 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара, проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 619, тел. 8-927-734-08-16

адрес эл.почты: lawyer.dme@gmail.com

в защиту интересов подсудимого ФИО1, ДАТА1 г.р.

Уголовное дело №НОМЕР1

ТЕЗИСЫ ПРЕНИЙ

(для приобщения к материалам уголовного дела)

В производстве Мирового судьи Судебного участка №137 Кинельского судебного района Самарской области Богатыревой О.В. находится уголовное дело №НОМЕР1 в отношении ФИО1 по ч.1 ст.119 УК РФ.

Сторона защиты считает, что обвинение ФИО1 в совершении указанного деяния незаконно и необоснованно.

Ч.1 ст.119 УК РФ предусматривает ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Из материалов уголовного дела не следует, что действия ФИО1 содержат инкриминируемый ему состав преступления ввиду следующего:

ФИО1 достал ружье заранее и не намеревался угрожать им потерпевшим

Как следует из протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемого от 25.01.2021 г., примерно в 6:00 утра они заехали на территорию заправочной станции “НАЗВАНИЕ1”. ФИО2 припарковался сбоку строения заправочной станции. Данный участок местности хорошо освещался фонарем от здания. ФИО2 вышел из автомобиля и направился к заправочной станции, чтобы спросить или купить у кого-нибудь пачку сигарет. Сам ФИО1 в это время находился в автомобиле на переднем пассажирском сиденье. Когда ФИО2 покинул салон автомобиля, то ФИО1 обернулся назад и увидел чехол от ружья, возможно ФИО2 забыл его убрать после охоты. Так как ФИО1 сам ездит на охоту и имеет несколько охотничьих ружей, умеет с ними обращаться и знает технику безопасности, он взял чехол и открыл его, в нем находилось ружье ИЖ-43Е, про которое ему рассказывал ФИО2. ФИО1 достал ружье из чехла, проверил его, оно было не заряжено. Он стал рассматривать его, находясь в салоне автомобиля, так как оно ему понравилось, и он планировал приобрести данное ружье у ФИО2

Через некоторое время ФИО2 сел в машину на переднее водительское сиденье, сказал ФИО1, что сигарет у людей поблизости нет. В этот момент ФИО2 не говорил ФИО1, что у него на заправке был какой-то словесный конфликт с кем-либо. Через несколько секунд ФИО2 показалось, что кто-то еще заехал на заправку, и он сказал, что посмотрит еще раз на территорию заправки, может, у того, кто заехал, будут сигареты. Он вышел из автомобиля и встал около  водительской двери. 

ФИО1 в этот момент решил посмотреть на ружье под светом фонаря, чтобы лучше его разглядеть, так как в автомобиле было темно и неудобно. Он вышел из автомобиля и взял ружье с собой. Его правая рука была на прикладе ружья, а левая рука держала цевье. Выйдя из автомобиля, он вскинул ружье на вскидку, повернулся с ним, для того чтобы посмотреть как ружье лежит в руке. Когда ФИО1 только начал вскидывать ружье на вскидку, мимо их автомобиля уже проезжала иномарка красного цвета. Он еще несколько секунд покрутил ружье в руках и сел в автомобиль, ФИО2 также сел в автомобиль. Он сказал, что не видит больше людей, у кого можно попросить сигареты, и они поехали обратно в сторону дома. Ружье положил на заднее сиденье, на чехол, хотел его убрать когда они приехали бы домой. 

Находясь на заправке, ФИО1 не видел, с кем общался ФИО2, так как находился в автомобиле и был увлечен разглядыванием ружья, которое хотел приобрести. Когда он вышел из автомобиля с ружьем, то он не целился ружьем в определенное место или в кого-то. Иномарка красного цвета в этот момент уже проезжала мимо нашего автомобиля, и он не видел, кто находился в ней. У ФИО1 ни с кем не было словесного конфликта на АЗС, он никому не угрожал и не пытался высказать угрозы. Мотивов угрожать кому-либо у него не было (т.1 л.д.74-77). 

В ходе следственного эксперимента от 07.03.2021 ФИО1 подтвердил ранее данные им показания (т.1 л.д.183-187). Также ФИО1 подтвердил свои показания в ходе судебного следствия.

В ходе следственного эксперимента от 07.03.2021 свидетель ФИО2 также фактически подтвердил показания ФИО1 (т.1 л.д.175-180).

В ходе очной ставки от 16.04.2021 между ФИО1 и свидетелем ФИО2 был разрешен ряд существенных противоречий. На вопрос адвоката Драгунова М.Е. о том, интересовался ли ФИО1 покупкой ружья 21.11.2020 или ранее, ФИО2 пояснил, что ФИО1 интересовался у него, хочет ли он продать ружье и если да, то он (ФИО1) готов его купить. Также в ходе очной ставки ФИО1 пояснил, что, находясь на АЗС в автомобиле ФИО2, он никакой конфликт не видел и не слышал, так как был занят рассматриванием ружья. Когда ФИО2 вернулся в автомобиль, он ни о каком конфликте не рассказывал. Данные показания ФИО1 свидетель ФИО2 подтвердил (т.1 л.д.227-230).

В ходе судебного заседания ФИО2 подтвердил свои показания, данные в ходе очной ставки и следственного эксперимента. Также ФИО2 пояснил, что, чтобы ему вытащить ружье из чехла, нужно не менее 10 секунд, так как он давно им пользуется. Из видеозаписи с камеры видеонаблюдения на АЗС “НАЗВАНИЕ1” следует, что ФИО1 выходил из автомобиля через 9 секунд, после того, как ФИО2 садится туда (время на видеозаписи — 4:12 и 4:20 соответственно). Данная видеозапись была осмотрена 15.03.2021 и приобщена к материалам уголовного дела вместе с протоколом осмотра от  предметов (документов) — CD-R диска с видеозаписью (т.1 л.д.123-128), а также просмотрена в ходе судебного заседания.

У ФИО1 не было цели угрожать ружьем потерпевшим, иначе ему потребовалось бы значительно больше времени для выхода из автомобиля с ружьем, после того как в автомобиль сел ФИО2, так как ФИО1 потребовалось бы более 10 секунд чтобы достать ружье из чехла, следовательно ФИО1 достал ружье с другой целью из чехла до того как ФИО2 сел в автомобиль, следовательно о конфликте он в этот момент не знал.

В ходе осмотра места происшествия от 22.11.2020 был осмотрен автомобиль HYUNDAI SOLARIS, в котором на АЗС приехали ФИО2 и ФИО1. В ходе следственного действия не был описан чехол от ружья (т.1 л.д.16-23). 

При этом, осмотр автомобиля проводился уже после 11 часов утра того же дня. В ходе судебных заседаний ФИО2 и ФИО1 поясняли, что чехол могли убрать родственники ФИО2 утром, но на заправке чехол был в машине.

Расхождения между показаниями потерпевших и фактически обстоятельствами дела

В ходе судебного заседания потерпевшие давали показания, что когда ФИО1 вышел из автомобиля, он сразу же направил ствол ружья на них, то есть в сторону лобового стекла их автомобиля и держал их на мушке все время, до момента пока они не выехали с территории АЗС.

В ходе судебного следствия был оглашен  протокол осмотра от 15.03.2021 предметов (документов) — CD-R диска с видеозаписью от 22.11.2020, также данная видеозапись была просмотрена в судебном заседании.

Из видеозаписи следует, что когда ФИО2 возвратился в автомобиль белого цвета и затем вновь из него вышел, пассажирская дверь автомобиля  распахнулась и из салона автомобиля начал выходить ФИО1. В руках у него находилось ружье. В это же время автомобиль, в котором находились ФИО3 и ФИО4, уже был в движение. 

В этот момент ФИО1 еще не успел полностью выйти из автомобиля, его ружье не могло быть видно потерпевшим, так как находилось за автомобилем ФИО2. Угол обзора из автомобиля потерпевших не позволял видеть что у ФИО1 было в руках, в момент его выхода из автомобиля.

После того как ФИО1 вышел из автомобиля, он поднял ружье и направил его дуло в направлении здания АЗС, автомобиль, в котором находились ФИО3 и ФИО4, в это время продолжал движение в направлении выезда с территории АЗС на автодорогу, и находился параллельно дулу ружья.

ФИО1, удерживая ружье в руках, поворачивается вокруг собственной оси, к данному моменту автомобиль потерпевших уже проехал мимо автомобиля ФИО2 и находился впереди него, и приблизился к выезду с территории АЗС. ФИО1 некоторое время задерживается на улице, удерживая в руках ружье, смотрит на него и разглядывает его, после чего садится в салон автомобиля на переднее пассажирское сиденье.

Также из показаний данных потерпевшими в ходе судебного заседания, на вопросы стороны защиты они пояснили, что когда к ним подошел ФИО2, они не видели, чтобы ФИО1 был рядом или чтобы он выходил из автомобиля. Они также не слышали, чтобы ФИО2 звал кого-либо на помощь, либо кому-то звонил по телефону. ФИО2 не высказывал угроз их здоровью и жизни, также угроз с применением оружия. 

Никакой реальной угрозы для потерпевших ФИО2 не представлял.

Потерпевшие не видели и не слышали, чтобы ФИО2 каким-либо образом рассказал о конфликте ФИО1, следовательно, не могли предполагать о его намерениях.

Таким образом, ФИО1 не знал и не мог знать о словесном конфликте, который произошел между ФИО2 и потерпевшими. Следовательно, у него не было никакого мотива угрожать потерпевшим. 

ФИО1 не прицеливался, не наводил ружье на лобовое стекло автомобиля потерпевших, так как когда дуло ружья было направлено на здание АЗС, автомобиль потерпевших двигался параллельно дулу ружья.

 Когда дуло ружья находилось перпендикулярно автомобиля ФИО2, автомобиль потерпевших уже проехал мимо него. 

ФИО1 двигался с опозданием, то есть автомобиль потерпевших ехал быстрее, чем он поворачивал своим корпусом. Следовательно, автомобиль потерпевших в действительности не находился в зоне поражения.

Таким образом, остается непонятным, почему потерпевшие сразу же восприняли появление ФИО1 в момент, когда они выезжали на автомобиле с АЗС, как угрозу своей жизни, если они не слышали и не видели, как ФИО1 узнал о конфликте и не слышали угроз от ФИО1 в свой адрес. Следовательно, его действия не были для потерпевших очевидны, тем более, что никаких угроз ФИО1 не высказывал и не показывал.

На вопрос стороны защиты в судебном заседании, почему имеются противоречия между показаниями потерпевших с фактическими обстоятельствами запечатленными на записи с камер видеонаблюдения АЗС, потерпевшие не дали ответа.

Показания потерпевших, данные в суде, содержат явные противоречия с фактическими обстоятельствами, несмотря на то, что потерпевшими при производстве дознания также была осмотрена видеозапись с АЗС.

Сторона защиты считает, что в показаниях потерпевших имеются противоречия с целью искусственного придания действиям ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ.

Для того, чтобы потерпевшие имели основания опасаться угрозы их жизни, она должна быть наличной и реальной для потерпевших.

В соответствии с п.2.1 Определения Конституционного Суда РФ от 23.03.2010 №368-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Калугина В.В. на нарушение его конституционных прав ч.1 ст.119 и ч.1 ст.286 УК РФ», УК РФ (ст.5, ст.8 ич.1 ст.14) предусматривает, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, при этом лицо подлежит ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие последствия, в отношении которых установлена его вина, объективное вменение не допускается.

Оспариваемая заявителем ч.1 ст.119 УК РФ, устанавливающая ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, позволяет признавать составообразующим применительно к предусмотренному ею преступлению только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на восприятие потерпевшим реальности угрозы, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления. Это предполагает необходимость в каждом конкретном случае уголовного преследования доказать не только наличие самой угрозы, но и то, что она была намеренно высказана с целью устрашения потерпевшего и в форме, дающей основания опасаться ее воплощения.

Исходя из материалов судебной практики, действия лица содержат признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ только в том случае, если высказанная или иным образом продемонстрированная угроза являлась для потерпевшей наличной, реальной и действительной (Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17.09.2014 N 32-АПУ14-20). При этом наличность угрозы означает, что угроза действительно существует как явление объективного мира в той или иной форме. Реальность угрозы предполагает ее осуществимость, реализуемость. Законодатель специально подчеркнул данное обстоятельство, указав в ст. 119 УК РФ на имеющиеся «основания опасаться осуществления этой угрозы».

Из содержания ч.1 ст.88 УПК РФ следует, что  каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела. 

В соответствии с нормами УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. 

Следует неукоснительно соблюдать принцип презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в его пользу. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д. (постановление Пленума Верховного Суда РФ  № 1 от 29.04.1996.)

 В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 29.04.1996 г. «О судебном приговоре»: по смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и т.д.

В то же время для прекращения уголовного дела, как вытекает из требований закона, достаточно лишь сомнений в его виновности. А оснований для таких сомнений в настоящем уголовном деле более чем достаточно. 

В материалах уголовного дела нет ни одного доказательства, которое позволяло бы с достаточной степенью уверенности сделать вывод о том, что ФИО1 действительно совершил инкриминируемое ему преступление. 

Показания ФИО1 в части обстоятельств дела и отсутствии мотива к совершению преступления последовательны, правдивы и подтверждаются материалами видеозаписи с АЗС. Фактически, его обвинение основано только на показаниях потерпевших, которые противоречат остальным доказательствам, в том числе видеозаписи с камер наблюдения АЗС.

Таким образом, в деле имеются неустранимые сомнения в виновности ФИО1, а при таких обстоятельствах согласно ч. 3 ст. 49 Конституции РФ – неустранимые сомнения в виновности лица, толкуются в пользу обвиняемого. 

В соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело подлежит прекращению при отсутствии в деянии состава преступления.

На основании изложенного и руководствуясь нормами УПК РФ,

ПРОШУ СУД:

ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, оправдать по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ — в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Защитник ФИО1 ________________ адвокат Драгунов М.Е.

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры.

Остались вопросы к адвокату?

Задайте их прямо сейчас здесь, или позвоните нам по телефонам в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71  (круглосуточно), или приходите к нам в офис на консультацию (по предварительной записи)!

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

В УГОЛОВНОМ ДЕЛЕ ВРЕМЯ - ВАЖНЫЙ ФАКТОР
Позвоните мне прямо сейчас по телефону +7 (846) 212-99-71 или задайте свой вопрос на сайте
Мы в социальных сетях