fbpx
Меня зовут Анатолий Антонов
Я - АДВОКАТ
по уголовным делам в Самаре и области
Практика

Решение по делу 1-226/2014

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

<адрес>                                25 июня 2014г.

Советский районный суд г. Самары в составе:

Председательствующего судьи Труниной М.В.

государственного обвинителя – помощника прокурора Советского района г. Самары – Воловецкой Е.Н.

подсудимого Махмутова А.Т.

Защиты подсудимого в лице адвоката Антонова А.П., представившего удостоверение № и ордер №

Потерпевшего Х.

При секретаре Хузиной Е.Д.

Рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № в отношении:

Махмутова А.Т., <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Махмутов А.Т. своими действиями совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах:

00.00.00 примерно в <данные изъяты>, точное время следствием не установлено, ранее знакомые Махмутов А.Т. и Х. находились в квартире № дома № по ул. <адрес> в <данные изъяты> районе г. Самары, принадлежащей Х., где совместно распивали спиртные напитки. В ходе совместного распития спиртных напитков, между Махмутовым А.Т. и Х. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла ссора. В ходе указанной ссоры у Махмутова А.Т. возник преступный умысел, направленный на причинение смерти Х. Реализуя свой внезапно возникший преступный умысел, направленный на убийство Х. Махмутов А.Т., находясь в вышеуказанном месте, в указанный период времени, действуя умышленно, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, достал из-за ремня штанов кухонный нож, который ранее взял из кухни вышеуказанной квартиры и, осознавая, что от причиненных им множественных телесных повреждений наступит смерть потерпевшего, с целью убийства, нанес вышеуказанным ножом не менее 3 ударов в область шеи Х., не менее 1 удара в левую скуловую область, и не менее 1 удара в левую боковую область туловища Х.

В результате умышленных преступных действий Махмутова А.Т. Х. причинены следующие телесные повреждения:

А. Шеи:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Повреждение: — <данные изъяты> являлось опасным для жизни, следовательно, в соответствии с п. 6.1.9. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194 н, имеет признак тяжкого вреда, причиненного здоровью человека.

Повреждения: — <данные изъяты>, как в совокупности, так и каждое отдельно, опасными для жизни не являлись, при обычном течении аналогичные раны заживают в срок не более 21 дня, и в соответствии с п.8Л «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194 н, имеет признак легкого вреда, причиненного здоровью человека.

Смерть Х. последовала 00.00.00 по адресу: г. Самара, <данные изъяты> район, ул. <адрес> д.№ кв.№ от<данные изъяты> ранения шеи, <данные изъяты>

Он же, Махмутов А.Т. своими действиями совершил кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, при следующих обстоятельствах:

00.00.00., после в <данные изъяты>, точное время следствием не установлено, у Махмутова А.Т. находившегося в квартире № дома № по ул. <адрес> в <данные изъяты> районе г. Самары, после совершения убийства Х., при вышеуказанных обстоятельствах, возник преступный умысел, направленный на тайное противоправное безвозмездное изъятие и обращение имущества Х., находящегося в квартире, в свою пользу, а именно сотового телефона марки<данные изъяты>», стоимостью <данные изъяты> рублей, денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей. Реализуя свой преступный умысел, направленный на тайное хищение имущества Х., осознавая, что за его преступными действиями никто не наблюдает, Махмутов А.Т. тайно похитил из указанной квартиры принадлежащий Х. сотовый телефон марки «<данные изъяты>» стоимостью <данные изъяты> рублей, денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, причинив своими преступными действиями Х. материальный ущерб на общую сумму <данные изъяты> рублей. После чего, с похищенным имуществом Махмутов А.Т. скрылся с места происшествия, распорядившись им по собственному усмотрению.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый Махмутов А.Т. виновным себя в убийстве и краже не признал и показал, что потерпевшего знал, но тесно с ним не общался, так как более общался ранее с его братом Б.. В 00.00.00 г. с И. был конфликт из-за денег: он ему дал свой телефон на время, И. обещал заплатить за него <данные изъяты> рублей, но так и не заплатил и предложил забрать в счет долга свой музыкальный центр. Он стал уносить центр, но брат Х. остановил его, велел вернуть центр и написал заявление в милицию. С 00.00.00 по 00.00.00. он жил с женой у тещи в доме на <адрес> <адрес>, потом вернулся в квартиру на <адрес>, но с Х. не общался. Х. всегда ходил пьяный, его подвозила одна и та же машина. 00.00.00 и 00.00.00. он был дома с детьми на <адрес>. Пользовался телефоном жены. Жена ходила по магазинам, он был дома с детьми, созванивался с женой, напоминал, чтобы она не забыла купить диски. Жена вернулась в <данные изъяты> часов. Потом жена с подругой на кухне пили пиво, он не пил с ними, смотрел с детьми в комнате диски. Жена ещё ходила за пивом в <данные изъяты> часов. Один раз около <данные изъяты> часов он ходил в магазин за молоком, позвонил жене, спросил, купить ли им еще пива. Отсутствовал с ребенком около <данные изъяты> минут. Жена согласилась, он зашел в <данные изъяты>», где встретил соседку, поговорил с ней. 00.00.00. он не пошел на работу, так как разболелся зуб. Ему никто не говорил, что он был в розыске. Задержали его на <адрес>, так как он 2 дня жил у М., приезжал к нему купаться. Его отвезли на полиграф, результаты не сказали, повезли в ГУВД, стали бить. Оперативник К. надел меховые перчатки и стал бить его по спине, голове. Он упал, его стали вдвоем бить, подвешивали за ноги, говорили, что кроме него больше некому было убить. Он стал писать явку, ему подсказывали, что 00.00.00 был на <адрес>, в 00.00.00 часов встретил потерпевшего и пошел с ним в рюмочную, потом пили с ним во дворе. Потом пошли к потерпевшему домой. Также сотрудники сказали, что потерпевшей нетрадиционной ориентации, предложили мотивом убийства написать это. Потом велели следователю рассказать тоже самое. Он заучил явку и пересказал следователю всё так же, как в явке. Не говорил ни адвокату, ни следователю, что его били и заставили так говорить. Его запугали, что еще будут избивать, что на жену «повесят». В ИВС писал заявление в прокуратуру, что его били, его повреждения зафиксировал фельдшер. М. не знал, телефон ему не продавал, свидетель его оговаривает, так как боится сотрудников. Все показания давал при адвокате, но не жаловался, что его избивали, так как думал, что это бесполезно. Не может сказать, почему не советовался с адвокатом и не говорил ему при допросах, что его избивалиА. ему рассказала потом, как И. убили, поэтому он знал некоторые обстоятельства смерти. При проверке показаний на месте он знал, как всё было, так как заучил явку с повинной, поэтому взял линейку-«нож» с полки на кухне. Показывал всё сам, но один раз оперативник поправил следователя, как передвинуть манекен. Они с адвокатом не придали этому значения, поэтому не внесли замечания в протокол.

Вина подсудимого Махмутова А.Т. в совершении убийства и кражи подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей:

Потерпевший Х. показал, что Х. его родной брат, который проживал один по адресу: <адрес>, ул. <адрес> д№ кв.№ Последнее время его брат Х. работал грузчиком на кондитерском комбинате «У Палыча», расположенном на<адрес>, хорошо зарабатывал, но любил выпить. Друзей его он не знал, но женщин в его квартире видел. Последний раз с братом он встречался 00.00.00., когда брат купил телевизор. В пользовании брата находился сотовый телефон марки «<данные изъяты>» с абонентским номером №. Брат ему рассказывал, что данный сотовый телефон купил на рынке за <данные изъяты> тысячи рублей. Примерно в середине ноября 00.00.00 года от сотрудников полиции он узнал, что брата убили. Подсудимого он знал, брат с ним общался последние 3-5 лет. Очень часто Махмутов ночевал у его брата дома, и они совместно распивали спиртные напитки. Махмутов воровал у брата деньги, выгонял брата из комнаты, даже избивал его. Брат боялся его, жаловался, что Махмутов ему надоел, что житья от него нет. Примерно 3 года назад Махмутов совершил из комнаты брата кражу музыкального центра. По данному факту они обращались в правоохранительные органы, был суд, но брат простил Махмутова, дело прекратили за примирением, так как Махмутов пригрозил брату отомстить. В 00.00.00. был случай: ему позвонила соседка брата и сказала, что брат живет уже 5 дней у нее, а в его комнате живет Махмутов, который избил и выгнал брата. Было, что он приходил, брат закрыт в туалете, а Махмутов лежит на диване. Ему известно, что Махмутов А. проживал в соседнем доме с женой и ребенком. Брат говорил незадолго до смерти, в 00.00.00 что его «грохнут», не называл, кто, но сказал, что этот человек рядом живет. Поскольку он других друзей у брата не видел, а Махмутов очень жестокий человек и ранее жестоко избивал брата, то он сразу предположил, что брат говорил про него, и Махмутов мог совершить убийство брата, но это его предположения. По характеру брата может охарактеризовать как спокойного, не конфликтного человека. Он никогда не замечал, чтобы брат с кем-то дрался или ругался. Про долги брата и его врагов он ни разу не слышал. Деньги у брата были, 00.00.00. он получил з/пл <данные изъяты>. После убийства брата он в квартире ни денег, ни телефона не нашел.

Ущерб нанесенный в результате хищения денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, а также вышеуказанного сотового телефона стоимостью <данные изъяты> рублей, для него является значительным, поскольку он работает дворником и его ежемесячная заработная плата составляет <данные изъяты> рублей. Иска нет.

Свидетель М. показал, что 00.00.00 или 00.00.00., но это было точно воскресенье 00.00.00 примерно в <данные изъяты> часов он находился на рынке «<данные изъяты>» около остановки, «таксовал» на личном автомобиле. В это время к нему подошел подсудимый, которого ранее он никогда не видел. Парень предложил ему купить у него сотовый телефон марки «<данные изъяты>» черного цвета. Сим-карты в телефоне не было. Парень попросил за телефон<данные изъяты> рублей, он предложил <данные изъяты> руб. Они торговались и сошлись на сумме <данные изъяты> рублей, а также подсудимый попросил отвезти его до <адрес>. Он передал парню деньги в сумме <данные изъяты> рублей, после чего он отвез его до <адрес>, возле парка <данные изъяты>», высадил на дороге. Далее, он вставил в данный телефон свою сим-карту, зарегистрированную на него, и начал пользоваться телефоном: звонил, выходил в Интернет. У парня был еще один сотовый телефон, в руках была бутылка пива. Парня он хорошо запомнил, так как разговаривал с ним, торговался, потом вез в машине. Парень был в шапке и в темной куртке, но не кожаной и не в дубленке. На следствии он уверенно его опознал. До опознания фото его не показывали. Телефон забрали в ОП-№ с его, свидетеля, сим-картой.

Свидетель К. показал, что он работает в должности <данные изъяты>. 00.00.00, примерно в <данные изъяты>, по адресу<данные изъяты>, ул. <адрес> № был обнаружен труп Х. с признаками насильственной смерти. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что потерпевший Х. тесно общался с МахмутовымА.Т. и конфликтовал с ним. При проверке личности Махмутова А.Т. было установлено, что в 00.00.00 году последний совершал кражу имущества у потерпевшего Х., а именно музыкального центра. По данному факту в мировом суде<данные изъяты> района г. Самары рассматривалось уголовное дело. Со слов соседа Х. — М установили, что в субботу00.00.00. Х. был жив, общался с К. и Р.; утром 00.00.00. уезжал на поминки с сотрудниками в <адрес>, потом вернулся в <адрес> водитель его высадил на <адрес> примерно в <данные изъяты> часов, потом потерпевший вечером сделал звонок коллеге по работе, но на работу в воскресенье вечером он уже не вышел, и далее телефоном пользовался ужеМ.. Они установили, что у погибшего пропал телефон, брат погибшего назвал его номер. В «отработке» были многие: брат потерпевшего, сосед М., таксист М. который купил телефон, таксист Р. который ранее возил потерпевшего и которому потерпевший, якобы, был должен деньги, а также Махмутов. Было у них и фото Махмутова. Сначала они по ИМЕЙ телефона потерпевшего установили М., который пользовался этим телефоном, а тот описал парня, который продал ему телефон потерпевшего. Приметы сошлись с приметами Махмутова. У самого М. было алиби, он «таксовал» и находился в другом месте, они проверяли по видеосъмке, там стояла его машина. Они стали искать Махмутова по адресу его проживания на <адрес>, но последний от них скрывался, жена не открывала им дверь несколько дней, потом все- таки открыла и сказала, что они поссорились, и он, якобы, не живет, и она не знает, где он, однако, соседи сказали, что видят Махмутова каждый день во дворе дома. По оперативной информации ранее судимые лица сообщили, что Махмутов в курсе, что его разыскивают за убийство Х., хотя жене Махмутова они, сотрудники ОУР, не говорили, зачем им нужен ее муж. Примерно в середине 00.00.00 года они задержали Махмутова А.Т. возле своего подъезда по <адрес>. На их вопрос он сначала вообще назвался другим именем, потом ответил, что не знает Х.. В связи с тем, что Махмутов явно что-то скрывал и прятался от них, они решили свозить его на «полиграф». После проверки его показаний на полиграфе, Махмутов стал нервничать, спрашивать, а что для него будет, если всё рассказать, на что он ответил, что признание вины смягчает наказание, и предложил написать явку с повинной. В ходе беседы Махмутов А.Т. без какого- либо давления на него признался в совершении убийства Х., что встретил на улицеХ., они выпили в рюмочной, потом купили пива разного сорта. При осмотре в квартире на самом деле были найдены бутылки от разного пива. Подсудимым добровольно была написана явка с повинной, где Махмутов указал, как ударил потерпевшего ножом сначала сзади в область лопатки, а затем в шею, где и оставил нож, затем взял телефон и<данные изъяты> рублей из дивана, рассказал, что телефон продал у моста в <данные изъяты> часа нерусскому таксисту. Впоследствии Махмутовым А.Т. следствию были даны признательные показания. Повторит, что на Махмутова А.Т. какое-либо давление со стороны сотрудников полиции не оказывалось. Все мероприятия в отношении Махмутова А.Т. совершались в рамках действующего законодательства, при проверке показаний на месте с адвокатом Махмутов также повторил свои показания. Явку с повинной от ФИО2 отбирал он.

В ходе ОРМ также проверялись алиби К., Р., но они оказались не причастны к убийству. У Р., в действительности, был конфликт с Х., который ему был должен деньги, но это было 00.00.00., а в день убийства00.00.00Р. был с другим человеком, они проверяли. Ссора была 00.00.00., и это слышал К., который целый день был вместе с Х., а 00.00.00. Х. все видели живым, он уехал в <адрес>. То есть, в ходе ОРМ была установлена не причастность брата потерпевшего, К., М., Р., М. и других, с кем общался Х.

Свидетель М. показал, что дружит с Махмутовым с 00.00.00 года, живет с ним по соседству в д.№ по ул.<адрес>. Махмутов – человек спокойный, не конфликтный, работал на стройке не официально. В октябре 00.00.00. Махмутолв с женой и сыном жили в их доме, а в ноябре уже уехали жить к теще на <адрес>. В середине декабря00.00.00. Махмутов жил у него, сказал, что поссорился с женой. Потом Махмутова задержали на улице сотрудники полиции, а к нему, свидетелю, пришли и забрали вещи Махмутова.

Свидетель М. показала, что подсудимого знает около 10 лет, дружит с его гражданской женой Ж.. 00.00.00. она была выходная, накануне созвонилась с Ж., и примерно в <данные изъяты> она к ней приехала на ул<адрес>. Дома помимо Т. был её гражданский муж Махмутов А., дети. Она с Т. и детьми сходили на рынок, и примерно в <данные изъяты> все вместе сели за стол обедать. Т. и А. поочередно выходили в магазин докупить спиртного, Таня часов в<данные изъяты>, А.- в <данные изъяты>. Точное время она не помнит, но Махмутова они просили сходить в магазин и купить им пива, когда уже смеркалось, темнело. Они с Т. общались, смотрели диски, А. с ними долго не сидел, не участвовал в их женских разговорах, ушел в комнату. Но когда было уже совсем поздно, А. зашел к ним и сказал, что пора спать, постель он постелил. Сам он с детьми лег около <данные изъяты> часов, они с Т. чуть позже. Она была не сильно, но пьяная, утром уехала домой.

В ходе следствия, будучи допрошенной в качестве свидетеля / <данные изъяты>/, М. давала несколько иные показания о том, что до <данные изъяты> часов А. периодически заходил к ним на кухню, общался с ними. Но после<данные изъяты> часов она А. уже не видела. Увидела А., она примерно в <данные изъяты>. Уходил ли А. из дома она не знает, но в указанный промежуток времени она его не видела. Повторит, что где находился А. 00.00.00 с <данные изъяты> до <данные изъяты> она не знает, на кухне его с ними не было, уезжал ли он, или уходил куда-то ему не известно. Они все это время сидели на кухне и пили пиво. На кухню А. зашел примерно в <данные изъяты>. Ничего необычного в поведении Махмутова А. она не заметила.»

В судебном заседании свидетель фактически подтвердила свои показания, не отказывалась от них, указав, что она прочитала свои показания только на первом листе, они были правильные, дальше не читала, после чего проставила подписи. Свидетель подтвердила, что предъявленные на обозрение подписи на всех листах в протоколе допроса принадлежат ей. Как видно из протокола, показания свидетеля относительно периода отсутствия Махмутова в квартире, зафиксированы как раз на первом листе допроса. Однако, на конкретный вопрос стороны обвинения, в какой период времени она не видела на кухне Махмутова, свидетель отвечала уклончиво, утверждая, что ее запутали «оперативники». В чем это выражалось конкретно, свидетель ничего пояснить не могла. Вместе с тем, описав процесс допроса её следователем М., М. указала, что следователь допрашивал её тихо, тактично и быстро, спрашивал, будут ли у нее изменения, на что она ответила, что нет, и тогда следователь распечатал ее показания и дал прочитать. Суд не установил при допросе свидетеля давления со стороны следователя или нарушения им процессуальных норм, поэтому суд считает, что показания даны добровольно и зафиксированы правильно. Изменение показаний свидетелем в суде суд расценивает, как желание помочь своему знакомому в обеспечении алиби. Поэтому суд более доверяет показаниям свидетеля, данным в ходе следствия и расценивает их, как доказательство вины подсудимого.

Свидетель М. показал, что он проживает по адресу: г. Самара, <данные изъяты> район, ул. <адрес> №», кв.№ с00.00.00. Данная квартира является коммунальной. В одной из комнат ранее проживал Х., , жил один, гости к нему приходили редко. Он был тихий, и не слышно было, когда он заходил к себе. 00.00.00 примерно в <данные изъяты> часов он, М., вышел из квартиры и ушел в институт, днем И. видел. Примерно в <данные изъяты> минут он вернулся домой. В указанное время И. находился у себя в комнате с другом, они слушали музыку. И. пояснил, что друг из деревни, из какой не говорил. Он, М., лег примерно в <данные изъяты> час ночи, уже 00.00.00. в воскресенье И. он не слышал и не видел. Сам уходил в <данные изъяты>., не знает, был ли И. дома, но не слышал ничего. Вернулся примерно в <данные изъяты>. Дверь была закрыта, И. не видел и не слышал, сразу лег спать. В понедельник 00.00.00. в <данные изъяты> часов он ушел на работу. Вернулся домой примерно в <данные изъяты> часа. И. также он не видел и не слышал. Дверь была закрыта. Он всегда проверяет закрыл ли дверь, толкает ее. Во вторник, придя с работы примерно в <данные изъяты> он почувствовал неприятный запах, и предположил, что запах идет с подвала. Дверь входная была закрыта вполоборота, он толкнул — она открылась, в прихожей горел свет у двери И. у них у каждого своя лампочка перед дверью. 00.00.00 в среду, запах был невозможный, тогда он открыл дверь в комнату И., свет не включал, и увидел И. лежащего на полу около телевизора слева от дивана. И. был весь в крови. Далее он вызвал сотрудников полиции. Подсудимого он видел, тот живет в их дворе, но адрес точный, не знает. На кухне сосед ничего не хранил, а у него, М., там в ящике на кухне лежали ножи-5 штук. Один нож у него пропал.

Свидетель П. показал, что Махмутова знает, отношения дружеские, видел его во дворе своего дома, иногда с ним выпивали. Потерпевшего знал, жил с ним в одном доме, но никогда не общался, так как И. был нетрадиционной ориентации, был замкнутый, во дворе не сидел, переехал в их дом 10 лет назад.

Махмутов с Х. тоже не общался, однако, уточняет, что он мог этого не видеть, поскольку в городе появляется очень редко, работает на дачах, а зимой живет дома всего 1-2 месяца, и то с утра рано уходит на рыбалку до вечера. В середине декабря 00.00.00 года он участвовал в следственном действии, в проверке показаний на месте. Когда он находился в указанной квартире там были неизвестные ему лица, как позднее ему стало известно, там был второй понятой, подозреваемый Махмутов с адвокатом, следователь, оперативники. Достали куклу, вертели её, потом Махмутову сказали, чтобы взял с кухни с полки линейку-имитатор ножа. А. взял и стал на кукле показывать что-то, при этом оперативники куклу поворачивали. Потом он вышел, так как ему стало плохо от трупного запаха, поэтому наблюдал всё частично. Не видел, как Махмутов показывал на кукле, куда наносил удары, не слышал, чтобы Махмутов говорил, как надо класть куклу, возможно, он выходил в тот момент. Вопросов, замечаний, что не так кладут куклу, ни от кого не было. Второй понятой никуда не выходил и полностью наблюдал за ходом следственного действия. Протокол следственного действия не читал, но подписал, предъявленные судом подписи принадлежат ему, П. Также его допрашивал по этому поводу следователь, оглашенные судом показания в качестве свидетеля принадлежат ему, их он читал, подписал, предъявленные подписи и показания его, с ними он согласен.

В ходе следствия, будучи допрошенным в качестве свидетеля / <данные изъяты>/, П. давал несколько иные показания о ходе проведения следственного действия, которые потом подтвердил в судебном заседании. Свидетель указал, что «…в ходе проверки показаний на месте Махмутов рассказывал об обстоятельствах совершенного убийства человека, сам добровольно без каких либо принуждений со стороны сотрудников полиции и следователя последовательно пояснял все события. Данные факты следователь заносил в протокол. Он прекрасно помнит, как Махмутов показывал на манекене, как именно он наносил удары ножом потерпевшему. Также он помнит, как Махмутов пояснял следствию, что после того как совершил убийство человека, он похитил у него денежные средства и сотовый телефон. Пояснения Махмутов давал в присутствии адвоката. Факт проведения проверки показаний на месте был зафиксирован фотосъемкой. Все показания, изложенные Махмутовым в ходе проверки показаний на месте, были даны следствию добровольно, без какого-либо принуждения со стороны сотрудников полиции и следствия».

Суд более доверяет показаниям свидетеля на следствии, так как они конкретные и логичные, в отличие от путаных показаний в суде. Сам свидетель данные на следствии показания не отрицал, указал, что читал их и подписал, был с ними согласен. Данный свидетель, также, как и свидетель М., являются знакомыми Махмутова и его семьи, долго отказывались явиться в суд, что расценивается судом, как желание не давать суду обвинительных показаний, оказаться от своих показаний на следствии, тем самым попытаться помочь подсудимому. Кроме того, П. указал, что второй понятой был человеком незаинтересованным, так как был приглашен сотрудниками полиции с улицы и полностью наблюдал за ходом проверки показаний на месте, в отличие от него, П.

Как установлено судом, свидетель С. дал показания аналогичные показаниям П. на следствии и полностью подтвердил их в суде, что ещё раз убеждает суд в том, что проверка показаний на месте была проведена без нарушений норм УПК, без принуждения подозреваемого и без указания последовательности проверяемого события.

Свидетель С. показал, что примерно в середине декабря 00.00.00 года он находился около дома № по ул.<адрес> в <данные изъяты> районе г. Самары, где у него должна была быть встреча с другом. Примерно в <данные изъяты> часов к нему подошел сотрудник полиции и попросил поучаствовать в следственном действии «проверка показаний на месте с участием подозреваемого. Так как он располагал свободным временем, и ему было интересно, он согласился. После этого он с сотрудником полиции проследовал в одну из квартир расположенную в доме № по ул.<адрес>. Когда они пришли в квартиру там находились неизвестные ранее лица, как позднее ему стало известно, там был понятой, подозреваемый с адвокатом, следователь который на месте разъяснил всем участникам следственного действия права и обязанности. В ходе проверки показаний на месте подозреваемый Махмутов рассказывал об обстоятельствах совершенного убийства, сам добровольно, без каких либо принуждений со стороны сотрудников полиции и следователя последовательно пояснял все события, показывал на манекене, как наносил удары ножом- 3 раза, рассказывал, где взял нож -на кухне, в шкафчике. Данные факты следователь заносил в протокол. Дополнит, что он прекрасно помнит и сам наблюдал, как Махмутов показывал, как лежал убитый, после чего сотрудник клал манекен, при этом Махмутов уточнял место, если неправильно был положен манекен. Махмутов показал, что первый удар ножом нанес, когда манекен был к нему спиной, затем был удар в шею, затем в щёку. При этом Махмутов один раз сам подвинул манекен, что было сразу сфотографировано. Следователь и оперативники» не подсказывали, как надо положить манекен. Также он помнит, как Махмутов пояснял следствию, что после того как совершил убийство человека, он похитил у него денежные средства и сотовый телефон. Пояснения Махмутов давал в присутствии адвоката.

Свидетель Р. показал, что он занимается частным «извозом». У него есть знакомый, который всегда представлялся «В.». Он познакомился с ним примерно 1 год назад на рынке <данные изъяты>», где живет В., он не знает, но забирал всегда с «<данные изъяты>» и отвози, куда попросит. В. сам ему звонил и вызывал его. Однажды он возил его в долг в <адрес> за поддонами по работе, еще были долги, всего <данные изъяты> рублей. Он и ранее возил его в долг, до зарплаты, и тот всегда отдавал деньги. Последний раз 00.00.00 или 00.00.00 примерно с 00.00.00 часов до 00.00.00 часов ему на сотовый телефон позвонил <данные изъяты>» и попросил его забрать от ТЦ <данные изъяты>» до депо «<данные изъяты>». Он забрал его и повез. В. был пьяный. По дороге В. на сотовый телефон звонили, в разговоре он сказал, что скоро приедет, ругался. По разговору, было ясно что «В.» кто-то ждет. Он довез его до остановки, после чего «В.» вышел, подошел к молодому парню и они ушли к магазину расположенному за остановкой — <данные изъяты>», либо «<данные изъяты>». В. сказал, что через 5 минут перезвонит ему сам, ему должны отдать долг и тогда он вернёт ему, Р., долг. Перезвонил, велел подъехать, опять его отвезти куда-то, и тогда он как раз отдаст ему долг. Однако, более он, В. ему не позвонил, он сам 5-10 раз звонил «В.» на сотовый телефон в этот же день, и 1-2 раза на следующий день, однако последний не отвечал, телефон был отключен. Он с В. не ругался, так как тот всегда отдавал долги, и в этот раз он знал, что тот вернёт ему деньги. 00.00.00. он был возле <данные изъяты> рынка, развозил людей. Его телефон заканчивается на №.

Свидетель П. показал, что работал на протяжении 4-5 лет с Х. грузчиком в компании «<данные изъяты>». С ним не дружил и не знал, как тот жил, но знает, что И. иногда прогуливал, так как любил «выпить». В середине ноября00.00.00. у них был выходной, и они с бригадой, в том числе, и Х. ездили в <адрес> на поминки сослуживца. Уехали рано, часов в <данные изъяты> утра: он, Х., бригадир У., М., П. и другие. Нанимали <данные изъяты>», водитель не известен. В ходе поездки Х. никто не звонил. В <данные изъяты> вернулись в город, он, свидетель, вышел на пл.<адрес>, а Х. с П. поехали дальше и выходили последние. К. знает, ранее он с ними работал, но с ними он не ездил. У. — бригадир вышел раньше всех в селе по пути, его номер телефона заканчивается на

Свидетель П. показал, что работал с Х. грузчиком в компании «<данные изъяты>». С ним не дружил и не знал, как тот жил, так как тот был замкнутый, сам по себе, ни с кем не общался, ни на что не жаловался, но И. любил «выпить», тоже, как и он, часто был в «запое». В 00.00.00 у них был выходной, и они с бригадой, в том числе, и Х. ездили в <адрес> на поминки сослуживца. Уехали рано, часов в <данные изъяты> утра: он, Х., бригадир У., М., П. и другие. Нанимали «<данные изъяты>», водитель не известен. Там много выпивали, поэтому он, свидетель, ничего не помнит. Вернулись в этот же день, но когда, не помнит. По разговорам потом вспоминали, что первым вышел на трассе У., потом П. на пл. <адрес>, потом либо он либо Х., но они выходили не вместе. Он сам ничего не помнит, был сильно пьян, но потом П. ему рассказал, что сначала должен был он, П., выходить, а Х.- последним. Его возили на полиграф, ничего отрицательного, ложного не выявили.

Допрошенный в качестве свидетеля следователь Г. показал, что он был дежурным следователем и проводил осмотр места происшествия после обнаружения трупа. На осмотре были все специалисты: эксперт-медик БСМЭ Т., эксперт-криминалист Г.. Труп был с ножом в шее под щекой, эксперт пытался извлечь нож, но он застрял, поэтому нож оставили на месте и увезли на экспертизу труп с ножом, осторожно обмотав рукоятку, чтобы не утратить возможные следы — потожировые выделения и кровь возможного подозреваемого. Перед этим эксперт–криминалист осмотрела рукоятку ножа с использованием специальных способов и сказала, что отпечатков на ней нет, поскольку на деревянной рукоятке вообще не остаются следы. Обрабатывать нож порошком побоялись, чтобы не испортить другие следы на случай, если таковые имелись бы /потожировые выделения и кровь/. Поскольку следы на рукоятке ножа не были обнаружены, следовательно, не имело смысла назначать дактилоскопическую экспертизу по принадлежности отпечатков на ноже. Запаховые следы с ножа и возле трупа на экспертизу не собирали, поскольку стоял сильный трупный запах, и яд давно разъел все запаховые следы. Всё, что было ценного и нужного для следствия, они с места изъяли и занесли в протокол, но что именно, он не помнит. Если «барсетка» с ключами в нём не указана, следовательно, ее не было в комнате потерпевшего.

Судом в порядке ст.281 УПК РФ были оглашены показания К. Адвокат и подсудимый не соглашались с этим, однако, следуя принципам состязательности сторон, в целях более полного исследования представленных доказательств вины, учитывая, что местонахождение свидетеля не установлено, и судом исчерпаны все меры по обеспечению его явки, судом было принято решение об оглашении его показаний, данных в ходе следствия.

Допрошенный в качестве подозреваемого К. /<данные изъяты>/ показал, что 00.00.00., примерно с <данные изъяты> час. он находился в гостях у своего знакомого Х. по адресу: г. Самара, ул. <адрес> №, где они распивали спиртные напитки, в том числе пиво «<данные изъяты>». Когда он был у И., то обратил внимание, что И. кто-то постоянно звонил, И. 2 раза отвечал на звонки в грубой форме, потом не брал трубку. Из разговора стало понятно, что кто-то имеет претензии и хочет приехать, но И. говорил, что не откроет дверь. Примерно в <данные изъяты> часа он ушел от И. И. в это время спал. 00.00.00 с <данные изъяты> до <данные изъяты> он находился на работе на комбинате «<данные изъяты> <данные изъяты>». Впоследствии ему стало известно, что Х. убили.

Допрошенный в ходе следствия в качестве свидетеля /<данные изъяты>/ К. полностью подтвердил свои показания, данные в качестве подозреваемого.

Кроме того, судом были допрошены свидетели защиты:

Свидетель Ж. показала, что Махмутов А. её гражданский муж, с которым она проживает 13 лет. У них имеется сын Ж.. Махмутов всегда работал, последнее время работал разнорабочим. По характеру может охарактеризовать его, как спокойного, не конфликтного, трудолюбивого человека. Примерно в августе 00.00.00 года она на своё имя оформила абонентский номер № после чего в пользование отдала его своему мужу- Махмутову А.Т. С тех пор и до того как посадили мужа последний пользовался только вышеуказанным абонентским номером. Других абонентских номеров в пользовании у мужа Махмутова А.Т. не было, на себя не оформлял, так как не было паспорта. С августа00.00.00 года по 00.00.00 она, Махмутов и их сын проживали у её матери на <адрес>. 00.00.00 Махмутов получил заработную плату, отдал ей деньги. С 00.00.00 по 00.00.00 её муж Махмутов А.Т. всегда ночевал по адресу: <адрес>.00.00.00 утром к ней приехала ее подруга М. с которой они поехали на рынок за вещами, муж оставался дома с детьми. А. ей часто звонил, спрашивал, где они, напоминал, чтобы не забыла купить диски с фильмами. Примерно в<данные изъяты> часов они вернулись, накрыли на стол, пили пиво с М. муж был в комнате с детьми, смотрел видео, иногда выходил курить, но из вида она его не теряла, хотя с ними он не сидел за столом. Один раз муж выходил в магазин за молоком и пивом, это было примерно в <данные изъяты> часов, ушел с внуком Г., отсутствовал примерно<данные изъяты> минут. Около <данные изъяты> часов вернулся. Один раз она, Ж., выходила в магазин за пивом, М. оставалась дома. Это было примерно в <данные изъяты> часов, муж ей звонил в это время, спрашивал, купила ли она пива. Не помнит, чтобы еще созванивались, муж же был дома. Муж лег с детьми раньше, а она с М. около 2-х часов. Х. ранее видела во дворе, не общались. У мужа лет 5 назад был с ним конфликт, поэтому он с ним более не общался. Детализацию она брала, чтобы доказать, что муж не мог совершить убийство. В ночь с 00.00.00 на 00.00.00 Махмутов А.Т. ночевал у знакомого М. на <адрес> д. №», корп№, кв№ 00.00.00 утром на улице муж был задержан сотрудниками полиции. Ничего странного в поведении мужа за это время она не замечала.

Свидетель Б. показала, что на протяжении 10 лет она знакома с Ж. Махмутова тоже знает, он работал с ее сыном. Последнее время Ж. проживала с Махмутовым А. в доме на ул. <адрес>. Она сама тоже живет на <адрес>.00.00.00 в воскресенье примерно в <данные изъяты> она видела Махмутова А. в алкогольном магазине «<данные изъяты>». Он стоял на кассе с большой бутылкой пива. В этот момент она с Махмутовым А. не общалась. Махмутов А. был одет в черные брюки, куртку черного цвета, на голове была кепка. Он был в магазине один, но на улице его ждал мальчик, и они вместе ушли.

Свидетель Г. показала, что Махмутов сожительствует с ее матерью Ж.. С августа 00.00.00. он с мамой проживал в доме на <данные изъяты>, так как она родила второго ребенка, до этого жили все вместе на ул. <адрес>. Она созванивалась с Махмутовым 00.00.00., так как у неё с ним доверительные отношения, он помогал ей с маленьким ребенком, часто сидел со старшим. 00.00.00., в выходной, ее сын Ж. уехал к Махмутову с Ж. на <адрес>. Она знает, что мама с утра ходила за покупками, а потом была дома с подружкой. Она звонила в <данные изъяты> часов, узнать, как дети, А. был дома с детьми, сказал, что они не дают ему смотреть кино. Примерно в <данные изъяты> часов она также звонила ему, он как раз с ее сыном ходил в магазин за молоком. Потом сын рассказывал, что они с А. дома смотрели диски. Х. знала лет 10, как соседа. Знала, что он нетрадиционной ориентации, предлагал мужчинам услуги за деньги. Х. часто выпивал рядом в рюмочной, постоянно ходил с пивом. Кто к нему ходил и с кем он общался, она не видела. Махмутов был у Х. один раз, когда общались 3-4 года назад. Про кражу муз.центра и суд ничего не слышала, знала, что за долги А. забрал центр. После этого они не общались, к тому же А. узнал про ориентацию потерпевшего.

Свидетель Х. — сестра подсудимого показала, что брат- человек не конфликтный, добрый, любит детей и занимается с ними; спиртным не злоупотребляет, в нетрезвом состоянии не ругается, а сразу ложиться спать. Жил с женой на <адрес>, затем уехал в центр города к теще жить. Она с ним созванивалась 00.00.00., хотела, чтобы он приехал, но брат сказал, что все деньги жена потратила на вещи, и нет денег на дорогу. Она всегда звонила жене Ж. на телефон, так как у нее тариф дешевле, а та звала к телефону А.. Про Х. слышала только то, что он должен был брату деньги 5 лет назад, но про кражу и суд ничего не слышала. Брат очень брезгливый, не выносит крови, поэтому не мог убить Х..

Суд не доверяет показаниям свидетелей защиты, поскольку они носят противоречивый характер и опровергаются собранными по делу доказательствами. Установлены противоречия в показаниях данных свидетелей. Подсудимый указал, что поговорил с соседкой, которую встретил 00.00.00 в <данные изъяты> ч. возле «<данные изъяты>», свидетель Б. утверждала, что не разговаривала с Махмутовым. Вызывает сомнение, что такое обыденное явление, как поход в близлежащий магазин за продуктами, может вспомниться свидетелем через два месяца до мельчайших подробностей, а именно запоминания точной даты и точного времени.

К их показаниям следует отнестись критически, поскольку они все заинтересованы в исходе дела: Ж. сожительница Махмутова и, они имеют совместного ребенка; Г. является дочерью Ж., а Б. является приятельницей Ж., а сын Б. работает с Махмутовым.

Кроме того, вина подсудимого Махмутова А.Т. полностью подтверждается материалами дела:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Заключением эксперта № от 00.00.00 согласно которому <данные изъяты>

Заключением эксперта №, согласно которому у <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 00.00.00 согласно которому <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 00.00.00 согласно которому <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Адвокат и подсудимый ссылаются на алиби Махмутова, что он в момент убийства был дома, в другом районе города, в подтверждение чему приводят показания М., Ж., Г., Б.

Однако, как видно из показаний М. на следствии, которые судом признаны более правдоподобными, М. не видела Махмутова с ними на кухне с <данные изъяты> до <данные изъяты> и где он был она не знает, так как распивала спиртное с Ж. на кухне, и к ним на кухню он в этот период не заходил.

К показаниям остальных свидетелей защиты следует отнестись критически, поскольку они, свидетели, в частности Г. и Ж., являются близкими для подсудимого людьми и заинтересованы в исходе дела.

Также в подтверждение алиби адвокат и подсудимый ссылаются на детализацию телефонных переговоров с телефонного номера, который якобы принадлежит подсудимому. Однако, с достоверностью не установлено, кому из семьи принадлежит телефон с данным номером. Телефон зарегистрирован на Ж., и им мог пользоваться любой из членов большой семьи Ж. — П. Г. в том числе и их дети. Установлено противоречие в показаниях подсудимого и данной детализацией. В данной детализации за 00.00.00. указаны неоднократные соединения между телефоном Ж. и телефоном, якобы принадлежащим Махмутову, в период времени с <данные изъяты> до <данные изъяты>. Если можно допустить, что с утра до <данные изъяты> часов Ж. могла созваниваться с подсудимым, когда была на рынке; то с 13 часов, по ее же показаниям, она находилась с М. дома, и тогда возникает вопрос: зачем Махмутову и Ж. было созваниваться, если, по их же показаниям, они постоянно находятся вместе в соседних комнатах. В частности, зафиксировано 7 соединений с <данные изъяты> до <данные изъяты>, а также в <данные изъяты> и <данные изъяты>. Это можно объяснить тем, что Махмутов не был дома в это время, либо телефоном с указанным в детализации номером пользовался кто-то другой, проживающий в районе <адрес>. Махмутов на вопрос суда, зачем созванивался с женой, находясь в соседних комнатах, сразу отреагировал, указав, что это дети баловались. Однако, Ж. и М. об этом не говорили, Ж. не могла вообще пояснить происхождение соединений между указанными номерами в это время.

Таким образом, анализируя собранные по делу доказательства, суд считает вину подсудимого Махмутова А.Т. установленной и доказанной полностью, его действия правильно квалифицированы по ч.1 ст. 105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку,

Из обвинения по ч.2 ст.158 УК РФ прокурор просит исключить признак причинения значительного ущерба, поскольку установить являлся ли таковым ущерб для погибшего потерпевшего, не представляется возможным. Действия следует квалифицировать по ч.1 ст. 158 УК РФ, как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества.

Нашел подтверждение умысел подсудимого, направленный именно на причинение смерти, поскольку удар наносится с силой в жизненно важный орган — голову, шею с погружением клинка почти до рукоятки.

Вина подсудимого подтверждается, как его собственными признательными показаниями в ходе следствия, так и его явкой с повинной. Показания, как и явка с повинной, признаются судом допустимыми доказательствами, на которых может строиться обвинение, поскольку они подтверждаются другими доказательствами, в частности, показаниями свидетеля М., протоколом опознания подсудимого М., а также протоколом проверки показаний подозреваемого на месте.

В явке с повинной от 00.00.00. Махмутов А.Т. признался в совершении убийства Х. и рассказал об обстоятельствах совершенного преступления. <адрес>

В ходе следствия, будучи допрошенным в качестве подозреваемого <данные изъяты>/ в присутствии того же адвоката Антонова А.П., Махмутов вину признал полностью и показал, что «00.00.00 примерно в <данные изъяты> он находился в состоянии алкогольного опьянения на пересечении <адрес> и <адрес>, где встретил Х.. С И. он знаком на протяжении 10 лет. Встретившись, они пошли распивать спиртные напитки в рюмочную, расположенную на территории мини-рынка. Выпивали водку и пиво. Примерно в <данные изъяты> они пошли домой к Х. на <адрес>. По дороге они купили пива. Придя домой к Х., они продолжили употреблять спиртное. Далее, когда они находились в состоянии алкогольного опьянения, Х. предложил ему заняться оральным сексом. Из-за данного предложения у них возник конфликт, в ходе которого он нанес 3 удара кулаком в область плеча Х.. Затем они успокоились и продолжили распивать спиртное. Далее, он сказал Х., что пойдет в туалет. После туалета он зашел на кухню и взял нож, который засунул за ремень, чтобы его не было видно, после чего зашел в комнату, где находился Х.. Через некоторое время Х. снова начал предлагать ему заняться с ним оральным сексом, после чего Х. встал с дивана и отправился в сторону выхода из комнаты. После данного предложения он достал из-за ремня нож и, подойдя к Х., нанес последнему удар ножом в спину. Когда он нанес удар ножом в спину, к нему повернулся Х.. В этот момент он нанес Х. еще один удар ножом в область левого бока, после чего, нанес удар ножом в шею. После его удара нож остался торчать в шее Х.. После данного удара Х. упал на пол. Далее, он достал из-под подушки кресла деньги в сумме <данные изъяты> рублей, а также из кармана куртки Х. <данные изъяты> рублей и около телевизора он забрал сотовый телефон марки «Нокиа», принадлежащий Х., после чего, покинул квартиру. Когда он уходил из квартиры Х., его никто не видел. Дойдя до рынка «<данные изъяты>», он подошел к автомобилю марки <данные изъяты>, который стоял около тротуара, и предложил водителю довезти его до автостанции <данные изъяты>», при этом, предложил водителю купить сотовый телефон принадлежащий Х.. Сторговавшись с водителем на сумму <данные изъяты> рублей, он подвез его до автостанции<данные изъяты>», после чего, он уехал к жене по адресу: <адрес>. Приехав домой, он лег спать».

В суде от данных показаний и от явки с повинной подсудимый отказался, указав, что давал такие показания под физическим давлением и принуждением сотрудников полиции. Показания подозреваемым даны следователю в присутствии адвоката, и ни о каком принуждении и воздействии на него сотрудниками полиции, Махмутов следователю не говорил. На вопрос суда, почему при адвокате при первом допросе не отказался от явки с повинной, подсудимый не мог дать вразумительного ответа. Подозреваемый в своих показаниях указывает на детали, которые не могли быть известны ни сотрудникам полиции, ни следователю, принуждать его к описанию незначительных подробностей для последних не имело смысла, так как для фабулы обвинения они не существенные. Также никто не мог знать о краже денег, поскольку целью было раскрытие убийства. Не могли знать сотрудники и о мотиве убийства — домогательствах со стороны потерпевшего и о его нетрадиционной ориентации /со слов подсудимого/. Не могли знать и о точной дате совершенного преступления, поскольку не было готово заключение эксперта, не было детализации телефонных разговоров потерпевшего.

Подсудимый в суде в этой части дает противоречивые показания, то, утверждая, что оперативные сотрудники ему подсказали картину произошедшего, то, говоря, что соседка А. ему всё рассказала, так как была на месте происшествия и знала подробности, как убили Х..

Судом с участием психолога-вокалографиста просмотрена видеозапись явки с повинной, признанной вещественным доказательством по делу /<данные изъяты>/, из которой усматривается, что показания даны в свободном рассказе, спокойно, с подробным описанием события, количества выпитого. Видно, что текст не заученный, как утверждает подсудимый, поскольку Махмутов делает много незначительных дополнений, о которых не могли знать сотрудники полиции, тем более не могли заставить Махмутова запоминать с их слов несущественные мелочи: место и время встречи с потерпевшим, название кафе, в котором Махмутов распивал спиртное с потерпевшим в этот день, подробное описание поведения потерпевшего перед убийством, место, откуда были похищены деньги.

При этом видеозапись содержала 2 файла показаний Махмутова. Первый был записан не сначала и прервался, по-видимому, из-за технических неполадок. Второй файл больше, в нём Махмутов повторно описывает события. Оба файла содержат аналогичное описание событий Махмутовым, но с дополнениями, с другими фразами, что еще раз убеждает суд: данное описание событий не является заученным текстом с подачи других лиц. Противоречий в показаниях, записанных на двух файлах, не установлено.

Свидетель Ш. — директор лаборатории судебно-психологических исследований, допрошенный судом в качестве специалиста, показал, что с 00.00.00 года проводит психолого-вокалографические экспертизы и даёт пояснения, как специалист, после изучения содержания видеозаписи, по которым делает выводы о допустимости доказательств по уголовным делам. В ходе просмотра записи показаний подозреваемых, явок с повинной, опросов, на разрешение он ставит вопросы: имеются ли признаки психологического либо физического воздействия при даче показаний; сосредоточен ли говорящий на воспоминаниях; имеется ли факт естественного припоминания либо возможен результат придумывания; имеются ли признаки сознательного искажения информации; имеет ли место оговор или самооговор. Выводы делаются на основании невербальных признаков: мимика, позы, жесты; на основании динамики эмоций и на выявлении противоречий. После просмотра видеозаписи явки с повинной Махмутова он может с уверенностью сказать, что психологического воздействия, принуждения в данном случае не было. Махмутов был несколько взволнован, но это типично для человека, решившего признаться в совершенном. Психологическое воздействие было, но не с целью «выбить» показания. Оперативный сотрудник тонко подошел к допросу и умело вывел Махмутова на откровения. Махмутов сосредоточен на воспоминаниях, но слышит задаваемые вопросы, т.е он адекватен в своём рассказе. Не все показания — результат естественного припоминания, он усмотрел это в двух случаях: когда Махмутов назвал марку украденного телефона и сказал, что ударил рукой три раза. Это нетипично: в разговоре пьяный не вспомнит точное количество ударов, а скажет, что подрались, тем более не будет запоминать марку телефона. Однако, это могло быть в результате продумывания своих показаний до этого, в результате осознанного процесса. Остальные показания Махмутова — естественное припоминание человека, который сам участвовал в событиях. Тембр голоса, неоднородная речь, паузы, красивые вербальные жесты указывают на припоминание событий и исключают заученность излагаемого текста. В целом, вся информация, данная Махмутовым, не имеет сознательного искажения и далека от оговора или самооговора.

Не установлено судом, что к Махмутову было применено физическое воздействие. Согласно справки ИВС /<данные изъяты>/ у Махмутова, в действительности, были повреждения: кровоподтеки справа под лопаткой и слева под лопаткой, однако задержанный не высказывал жалоб на состояние здоровья. У Махмутова были и другие повреждения на теле /<данные изъяты>/, с которым задержанного возили сотрудники полиции на осмотр в больницу, где подсудимый не высказывал никаких жалоб на побои, не просил зафиксировать следы от них, поэтому утверждать, что два кровоподтека на спине были причинены сотрудниками полиции именно при написании явки с повинной, не приходится. Врачи в ГБ-1 повреждения не зафиксировали, хотя производили осмотр пациента. К тому же, Махмутов указал, что его лежащего на полу пиннали по всему телу и голове ногами в обуви, однако, на других частях тела повреждений не зафиксировано, тогда, как на спине, куда, как указал Махмутов, наносил удары в меховых перчаткахК. кровоподтеки зафиксированы. Обращения Махмутова были рассмотрены в <данные изъяты> МСО СУ, в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции К. С. отказано, о чем следователем 00.00.00. вынесено постановление. Остальные жалобы Махмутова, переданные по территориальности в прокуратуру <адрес>, касаются хода расследования и содержат по сути жалобы на невиновность.

Показания, данные Махмутовым на следствии в качестве подозреваемого, логичны и не противоречат установленным обстоятельствам. Свои показания Махмутов подтвердил при следующем следственном действии — проверке показаний на месте. Судом не установлено нарушений при проверке показаний Махмутова на месте. Проверка проводилась при адвокате и понятых, замечаний при этом никто не высказал. В прениях адвокат указывает на нарушения при проводимом следственном действии, однако, что мешало адвокату всё это указать в протоколе. Адвокат указал, что Махмутову на данном следственном действии сотрудники полиции указали место на кухне, где нужно подозреваемому взять нож, а также по своему усмотрению поворачивали манекен и показывали месторасположение потерпевшего и место нанесения ударов. Эти доводы не соответствуют действительности. Как видно из показаний понятых С. и П., Махмутову никто ничего не подсказывал, давления на него не было, более того, С. обратил внимание на то, что один раз Махмутов даже сам подвинул манекен, чтобы было правильно. Неправильно адвокат трактует показания понятого П. который не говорил, что сотрудники давали указания, как положить манекен. В суде в основном П. повторял, что мало видел, так как выходил в коридор из-за запаха. Не нашел подтверждения тот факт, что сотрудники полиции якобы указали Махмутову, где брать на кухне нож. Логичнее было бы предположить, чтобы они указали на кухонный стол в комнате, где у потерпевшего лежала посуда, однако, сам подсудимый в явке указал, что взял нож именно на кухне, когда выходил из комнаты, и такие подробности не могли быть известны сотрудникам. Также адвокат указал, что сотрудникам уже было известно из опроса М., что нож принадлежит М., который их хранит в шкафу на кухне. Однако, и это не нашло подтверждения. Как видно из показаний свидетеля М. на следствии /<данные изъяты><данные изъяты>/, сам он не говорил о пропаже у него ножа, а вопросы про ножи ему и не задавались. То есть, данное обстоятельство /место нахождения ножа/ стало известно только от подсудимого.

Вопрос о причастности к убийству Махмутова возник у оперативных сотрудников сразу после того, как подсудимый стал скрываться, а при задержании назвался другим именем и указал, что не знал Х. Возникли законные основания провести проверку и тестирование на полиграфе, что и было сделано сотрудниками ОУР в день задержания. Результаты тестирования не рассекречиваются, поэтому не могут быть приобщены к делу. Однако, судом истребована справка от специалиста-полиграфолога о результатах опроса с использованием полиграфа, согласно которой Махмутов «может быть причастен к убийству Х., был в квартире в день убийства».

Таким образом, суд более доверяет первоначальным показаниям подсудимого на следствии, и принимает в качестве доказательства вины подсудимого его явку с повинной и его показания в качестве подозреваемого.

Адвокат утверждает, что конфликтов между потерпевшим и подсудимым не было, следовательно, не была и умысла на убийство. Однако, потерпевший-брат убитого опроверг это, указав, что Махмутов постоянно «донимал» его брата, часто приходил к нему и у них были конфликты ранее.

Не нашло подтверждение алиби подсудимого, что он в то время жил в другом конце города, на <адрес>, поэтому не мог быть одновременно и на <адрес>, что подсудимый в последнее время проживал постоянно на <адрес>, у суда вызывает сомнение. Во-первых, задержан был Махмутов возле своего дома на <адрес>, и это не простое совпадение. Как указал свидетель К., они искали Махмутова именно по <адрес>, так как соседи постоянно видели его во дворе. К тому же жена Махмутова также в 00.00.00. обитала в квартире по <адрес>, и не открывала дверь сотрудникам, когда те разыскивали Махмутова. Как установлено, жилье на <адрес> представляет собой одну разделенную комнату без удобств, где проживает мать Ж.

По поводу кражи денег и телефона адвокат высказал сомнение о наличии на день убийства денег у потерпевшего, который злоупотреблял спиртным. Но как видно из протокола осмотра места происшествия в шкафу у потерпевшего лежали еще <данные изъяты> тысячи рублей, то есть Х. располагал некой денежной суммой. Установлено, что Х. постоянно работал, недавно/ в 15 числах/ получил зарплату. Наличие телефона у потерпевшего подтверждается показаниями его брата, детализацией переговоров потерпевшего /<данные изъяты>/, изъятой из комнаты коробки из под телефона. Кража телефона подтверждается показаниями М., который опознал подсудимого, как человека, продавшего ему телефон. Свидетель опроверг утверждения адвоката о том, что запомнить продавца телефона в темноте было невозможно. М. логично объяснил, что в салоне машины было светло, они торговались, и он смотрел на подсудимого, поэтому его запомнил. Непричастность к убийству и краже М. установлена в ходе следствия.

Адвокат утверждал, что месторасположение трупа вызывает сомнение, поскольку все дают по этому поводу противоречивые показания: М. говорит, что видел труп рядом с диваном, протоколом установлено, что рядом с креслом. Однако, как видно из показаний М., труп он видел перед телевизором, слева от дивана, свет он не включал, поэтому свидетель мог ошибиться. К тому же комната небольших размеров, заставлена, а стол с телевизором расположен как раз между креслом и диваном, левее от дивана.

Также сторона защиты выдвинула предположение, что убить Х. мог человек, у которого были запасные ключи, поскольку, по мнению адвоката, барсетка с ключами убитого была на месте происшествия, а входная дверь после убийства оказалась закрытой.

Согласно протокола осмотра места происшествия барсетка с ключами обнаружена не была, и следователь Г. указал, что барсетки с ключами на месте не было, в противном случае они обязательно бы ее изъяли. Брат потерпевшего говорил о найденной на месте барсетке с ключами, но говорил не уверенно, путал даже дату, когда был вызван на место, в квартиру убитого. Во-вторых, как указал брат убитого, запасные ключи были только у него. Адвокат высказал предположение о причастности потерпевшего, поскольку последний имел претензии к убитому из-за его пьянства, а также, по мнению адвоката, потерпевший Х. дает противоречивые показания и оговаривает подсудимого. Причастность потерпевшего также, как и других лиц из круга общения, проверялась оперативным путем в ходе следствия и была опровергнута. В судебном заседании также не установлено противоречий в показаниях потерпевшего, как не установлено и причин для оговора подсудимого. Потерпевший лишь указал на взаимоотношения между его братом и Махмутовым, на факты, которые сам наблюдал. Как видно по поведению потерпевшего в суде, он переживает по поводу смерти брата-близнеца, и никаких претензий к нему не мог иметь, так как жил отдельно от него. Братья воспитывались без родителей, жили в одном детском доме и интернате, общались и были в хороших отношениях. Кроме того, потерпевший указал, что брат жаловался, что его может убить кто-то, кто живет рядом. Судом установлено, что Махмутов жил рядом и периодически общался с потерпевшим, хотя это отрицают свидетели защиты в силу заинтересованности.

Таким образом, суд считает, что отрицание вины подсудимым связано с желанием избежать ответственности за содеянное.

При назначении наказания, суд учитывает степень общественной опасности содеянного – совершено особо тяжкое преступление против жизни, также совершено преступление небольшой тяжести, также суд учитывает личность подсудимого, конкретные обстоятельства дела.

В силу ст. 15 УК РФ /в ред. ФЗ 420 от 07.12.2011г/ преступления, совершенные Махмутовым А.Т. относятся к особо тяжкому преступлению, и преступлению средней тяжести, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления – судом не установлено, в связи с чем, суд не усматривает оснований для изменения категории преступлений, совершенных Махмутовым А.Т. на менее тяжкую.

Махмутов А.Т. <данные изъяты>

Явку с повинной /<данные изъяты>/, а также наличие на иждивении малолетнего ребенка, Ж., 00.00.00 г.р., состояние здоровья подсудимого /<данные изъяты>/ суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд назначает Махмутову А.Т. наказание в виде лишения свободы, считая, что иные виды наказания, не смогут достичь целей наказания, указанных в ч.2 ст.43 УК РФ. Оснований для назначения условного осуждения суд не усматривает. На основании п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ отбывание наказание следует назначить в исправительной колонии строгого режима содержания. Суд считает возможным не назначать дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

На основании изложенного и руководствуясь ст.307-309 УПК РФ

П Р И Г О В О Р И Л:

Махмутова А.Т. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105 УК РФ, ч.1 ст. 158 УК РФ и назначить наказание:

— по ч.1 ст. 105 УК РФ в виде 8 /восьми/ лет лишения свободы, без ограничения свободы;

— по ч.1 ст. 158 УК РФ в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 5% заработка с доход государства.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить наказание в виде 8 /восьми/ лет 1 /одного/ месяца лишения свободы без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима содержания.

Меру пресечения Махмутову А.Т. оставить без изменения в виде содержания под стражей.

Срок отбывания наказания исчислять с 00.00.00.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 00.00.00. до 00.00.00

Вещественные доказательства: <данные изъяты>

Вещественные доказательства: <данные изъяты>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: подпись М.В. Трунина

Копия верна: Судья Секретарь


Здесь и далее в целях соблюдения адвокатской тайны имена и фамилии участников дела изменены

Другую практику адвоката Анатолия Антонова Вы можете посмотреть в открытом доступе здесь

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

В УГОЛОВНОМ ДЕЛЕ ВРЕМЯ - ВАЖНЫЙ ФАКТОР
Позвоните мне прямо сейчас по телефону +7 (846) 212-99-71 или задайте свой вопрос на сайте
Мы в социальных сетях